Цитаты и афоризмы

Цитаты и афоризмы Аркадия Аверченко

Нам говорят: «Вы ленивы! Вам не хочется пальцем пошевелить, лишний шаг сделать…» Слепцы! Да разве ж это не самое прекрасное, не самое благодетельное в мире?! Вот мы ленивы — да разве ж мы способны поэтому сделать кому-нибудь зло? Ох, бойтесь, господа, активных людей! Мы-то, может быть, наполовину и приятные такие, что мы ленивы.

Наша беда в том, что мы мало времени вращаемся в светском изысканном обществе. Мы дичаем, и нервы наши грубеют.

Недавно, часов в двенадцать утра, моя горничная сообщила, что меня спрашивает по делу горничная господина Зверюгина. Василий Николаевич Зверюгин считался моим приятелем, но, как всегда случается в этом нелепом Петербурге, с самыми лучшими приятелями не встречаешься года по два.

Несколько дней подряд бродил я по Петербургу, присматриваясь к вывескам редакций — дальше этого мои дерзания не шли.

Никогда не показывайте, что вы умнее ребенка; почувствовав ваше превосходство, он, конечно, будет уважать вас за глубину мысли, но сам сейчас же молниеносно уйдет в себя, спрячется, как улитка в раковину.

Но что может вас защитить против дурака? Никогда в предыдущую минуту вы не знаете, что он выкинет в последующую. Упадет ли он вам с крыши на голову, бросится ли под ноги, укусит ли вас или заключит в объятия… — кто проникнет в тайны тёмной дурацкой психики?

О, на вашем фоне не трудно выделиться. — Цинизмом? — Умом.

Один известный нам господин — автор гениального труда «Нравы и привычки ихтиозавров» — погиб во мнении приличного общества только потому, что однажды на официальном обеде не только резал спаржу вилкой, но ещё и пил ликёр из большой рюмки, как известно, предназначенной для белого вина, а, высосав тремя мощными глотками весь ликёр, — утёр губы краем пышного газового рукава своей дамы, хотя для этой цели у него был под самым носом край скатерти.

Однажды в Руси раздался крик: — Халат! Халат! Шурум-бурум! Казанскэ мылэ!.. Русские побледнели. — Что бы это означало? — спрашивали они, перепуганные, друг друга. Кто-то, стуча от страха зубами, догадался: — Это нашествие татар…

Перед тем как зарезать и ограбить семью, разбойник шел к монаху и, поторговавшись до седьмого поту, покупал индульгенцию… Иногда, не имея денег, брал ее в кредит. — Ничего, — говорил обыкновенно добродушный монах. — Отдашь после, когда зарежешь. Вы наши постоянные покупатели, как же-с!